Entry tags:
Владимир Набоков, "Лолита"
Собираю идеи для моего курса.
Что-то для warm-up, всякие вопросы на разыграйте-покажите-изобразите.
Как толькоь я пошла в правильном направлении, стала записывать всякие задания, тут же вспомнила целый кусок из "Лолиты".
Всё это, не в чистом виде, а в виде идеи и старта, мне очень пригодится.
Я устраивался так, чтобы
незаметно наблюдать за ней, когда она, двигаясь как субъект под гипнозом или
участник мистического ритуала, и как бы давая утонченную версию детской
игры, в которой девочки воображают себя дивами, изображала мимикой, что бы
она сделала, услыхав стон в темноте, увидав впервые совсем новенькую молодую
мачеху, проглотив что-нибудь невкусное, вроде желтоватого желе, понюхав
раздавленный сочный пучок травы в плодовом саду или дотронувшись до того или
другого несуществующего предмета хитрыми, тонкими пальцами нимфетки. Среди
моих бумаг до сих пор сохранился мимеографический список следующих заданий.
"Осязательная тренировка. Представь себе, что берешь и держишь
пинг-понговый мячик, яблоко, липкий финик, новый пушисто-фланелевый
теннисный мяч, горячую картофелину, ледяной кубик, котенка, подкову,
карманный фонарь цилиндрической формы.
Перебирай концами пальцев следующие воображаемые вещи: хлебный мякиш,
резинку, ноющий висок близкого человека, образец бархата, розовый лепесток.
Ты - слепая девочка. Ощупай, начиная с лица, следующих людей:
Греческого юношу; Сирано-де-Бержерака; Деда Мороза; младенца, хохочущего от
щекотки фавна; спящего незнакомца; собственного отца".
Поразительно, насколько точно я его помнила.
С другой стороны, неудивительно, поскольку часы, которые я проводила за чтением этой книги под раскладным столом в свои 13 лет, не поддаются исчислению.
Эту книгу я читала сотню раз.
Что-то для warm-up, всякие вопросы на разыграйте-покажите-изобразите.
Как толькоь я пошла в правильном направлении, стала записывать всякие задания, тут же вспомнила целый кусок из "Лолиты".
Всё это, не в чистом виде, а в виде идеи и старта, мне очень пригодится.
Я устраивался так, чтобы
незаметно наблюдать за ней, когда она, двигаясь как субъект под гипнозом или
участник мистического ритуала, и как бы давая утонченную версию детской
игры, в которой девочки воображают себя дивами, изображала мимикой, что бы
она сделала, услыхав стон в темноте, увидав впервые совсем новенькую молодую
мачеху, проглотив что-нибудь невкусное, вроде желтоватого желе, понюхав
раздавленный сочный пучок травы в плодовом саду или дотронувшись до того или
другого несуществующего предмета хитрыми, тонкими пальцами нимфетки. Среди
моих бумаг до сих пор сохранился мимеографический список следующих заданий.
"Осязательная тренировка. Представь себе, что берешь и держишь
пинг-понговый мячик, яблоко, липкий финик, новый пушисто-фланелевый
теннисный мяч, горячую картофелину, ледяной кубик, котенка, подкову,
карманный фонарь цилиндрической формы.
Перебирай концами пальцев следующие воображаемые вещи: хлебный мякиш,
резинку, ноющий висок близкого человека, образец бархата, розовый лепесток.
Ты - слепая девочка. Ощупай, начиная с лица, следующих людей:
Греческого юношу; Сирано-де-Бержерака; Деда Мороза; младенца, хохочущего от
щекотки фавна; спящего незнакомца; собственного отца".
Поразительно, насколько точно я его помнила.
С другой стороны, неудивительно, поскольку часы, которые я проводила за чтением этой книги под раскладным столом в свои 13 лет, не поддаются исчислению.
Эту книгу я читала сотню раз.
no subject
до сих пор остается одной из любимых
no subject
И читала, не понимая, но принимая, как есть.
Очень впечатлила меня книжка.
А потом я росла и с каждым годом становилось понятно чуть больше.
И в конце на последнем параграфе прямо до слез.
no subject